Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: социология (список заголовков)
15:11 

Луман

keep
По СИДОРИНА Т.Ю. ДВА ВЕКА СОЦИАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ. М.: РГГУ, 2005.

Остановимся на взглядах представителей названного направления. Социологическая теория риска Н. Лумана связана с критикой рациональности современного общества. Социология, согласно Луману, должна поставить вопрос о том, «как общество объясняет и выправляет отклонение от нормы, неудачу или непредвиденную случайность. Эта темная сторона жизни, этот груз разочарования, когда ожидания ни к чему не приводят, должна стать более очевидной, чем сильнее наша надежда на нормальный ход событий». И далее: «Объяснение нарушения не может быть оставлено на волю случая: необходимо показать, что это нарушение имеет свой собственный порядок, так сказать вторичную нормальность. Таким образом, вопрос, как объясняются и как обходятся несчастья, содержит значительный критический потенциал - критический не в смысле призыва к отрицанию общества, подверженного несчастьям, а критического в смысле обострения обычно неочевидной способности проводить отличия. Дело заключается скорее в том, что мы можем познать нормаль-ные процессы нашего общества, изучая, как общество пытается осмыслить свои неудачи в форме риска». Риск является обратной стороной нормальной формы, и «только при обращении к обратной стороне нормальной формы мы и можем распознать ее как форму»8.
Луман продолжает рассуждать следующим образом: «Как мы понимаем наше общество, если превращаем понятие риска бывшего когда-то актуальным лишь для некоторых групп, подвергавших себя особой опасности, - в универсальную проблему, неизбежную и не поддающуюся решению? Что теперь становится необходимым?.. Как общество при нормальном ходе выполнения своих операций справляется с будущим, в котором не вырисовывается ничего определенного, а только более или менее вероятное или невероятное?»9
Характерной чертой постсовременного общества, по Луману, является не столько потребность создания условий стабильного существования, сколько интерес к крайним, даже невероятным альтернативам, которые разрушают условия для общественного консенсуса и подрывают основы коммуникации. Поведение, ориентированное на такие случайности и принятие таких альтернатив, является противоречивым. «Все усилия основать решения на рациональном подсчете не только остаются безуспешными, но, в конечном счете, также подрывают требования метода и процедур рациональности»10.
Принимаемые решения в современном рисковом обществе всегда связаны с рисковыми последствиями, по поводу которых принимаются последующие решения, также порождающие риски. Возникает серия разветвленных решений, или «дерево решений», накапливающее риски. В процессах накопления эффектов принятия решений, в долговременных последствиях решений, не поддающихся сегодня вычислению, в сверхсложных и посему не-просматриваемых причинных связях существуют условия, которые могут содержать значительные потери или опасности и без привязки к конкретным решениям11.
Подойти к понятию риска Луман предлагает через понятие «порог бедствия». Результаты подсчета риска можно принимать, если вообще это возможно, не переступая порога, за которым риск мог бы трактоваться как бедствие. Причем необходимо принимать в расчет, что порог бедствия будет расположен на самых разных уровнях, в зависимости от характера вовлеченности в риск12.
Следует отметить, что восприятие риска и его «принятие» являются не психологическими, а социальными проблемами: человек поступает в соответствии с ожиданиями, предъявляемыми к нему его постоянной референтной группой. В современном обществе на первый план выдвигаются вопросы о том, кто решает и должен или нет (и в каком материальном и временном контексте) риск приниматься в расчет. Таким образом, к дискуссии о восприятии риска и его оценке добавляется дискуссия о выборе рисков, которая контролируется социальными факторами13.

8 Цит. по: Яницкий ОМ. Социология риска: ключевые идеи // Мир России. 2003. № 1. С. 7-13. (Luhmann N. Risk: A Sociological Theory. N.Y., 1993. P. VIII.)
9 Luhmann N. Op. cit. P. IX.
10 Ibid. P. X.
11 Ibid. P. 23.
12 Ibid. P. 3
13 Ibid. P. 4

@темы: цитата, социология, риск, Сидорина, Луман

15:59 

Бек

keep
По СИДОРИНА Т.Ю. ДВА ВЕКА СОЦИАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ. М.: РГГУ, 2005.

Одна из известных концепций общества риска принадлежит У. Беку. Согласно Беку, риск - это не исключительный случай, не «последствие» и не «побочный продукт» процессов общественной жизни. Риски постоянно производятся обществом, причем это производство легитимное, осуществляемое во всех сферах жизнедеятельности общества - экономической, политической, социальной14.
Риск, полагает Бек, может быть определен как систематическое взаимодействие общества с угрозами и опасностями, индуцируемыми и производимыми модернизацией как таковой. Риски, в отличие от опасностей прошлых эпох, суть следствия угрожающей мощи модернизации и порождаемых ею чувств неуверенности и страха15. «Общество риска» - это фактически новая парадигма общественного развития. Ее суть в том, что господствовавшая в индустриальном обществе «позитивная» логика общественного производства, заключавшаяся в накоплении и распределении богатства, все более перекрывается (вытесняется) «негативной» логикой производства и распространения рисков. В конечном счете, расширяющееся производство рисков подрывает сам принцип рыночного хозяйства и частной собственности, поскольку происходит систематическое обесценение и экспроприация произведенного общественного богатства. Расширяющееся производство рисков угрожает также фундаментальным основам рационального поведения общества и индивида - науке и демократии16.
Не менее важно, что одни страны, общности или социальные группы, согласно данной теории, только извлекают прибыль из производства рисков и пользуются производимыми благами, другие же подвергаются воздействию рисков.
Согласно Беку, производство рисков в конечном счете поражает и тех, кто наживался на них или же считал себя от них застрахованным. Отсюда следует вывод: производство рисков - мощный фактор изменения социальной структуры общества, перестройки его по критерию степени подверженности рискам. Это, в свою очередь, означает, что в обществе складывается такая расстановка политических сил, в основе которой лежит борьба за определение, что рискогенно (опасно) и что - нет.
Наконец, обратим внимание на следующие положения теории Бека. Во-первых, это пересмотр «нормативной модели общества». Если нормативным идеалом прошлых эпох было равенство, то нормативный идеал общества риска — безопасность. Социальный проект общества приобретает отчетливо негативный и защитный характер. Не достижение «хорошего», как ранее, а предотвращение «наихудшего». Иными словами, система ценностей «неравноправного общества» замещается системой ценностей «небезопасного общества», а ориентация на удовлетворение новых потребностей - ориентацией на их самоограничение17. Во-вторых, в обществе риска возникают новые социальные силы, разрушающие старые социальные перегородки. Бек полагает, что это - общности «жертв рисков», а их солидарность на почве беспокойства и страха может порождать мощные политические силы. В-третьих, общество риска социально и политически нестабильно. Постоянное напряжение и боязнь опасностей раскачивают политический маятник от всеобщей опасности и цинизма до непредсказуемых политических действий18.

14 Цит. по: Яницкий О.Н. Социология риска: ключевые идеи // Мир России. 2003. № 1. (Beck U. The Reinvention of Politics: Towards a Theory of Reflexive Modernization // Beck U., Giddens A., Lash S. Reflexive modernization. Politics, Tradition and Aesthetics in the Modern Social Order. Stanford, 1994; Beck U. Risk Society. Toward a New Modernity. L, 1992; Beck U. Ecological Enlightenment. Essays on the Politics of the Risk Society. New Jersey, 1995.)
15 Beck U. Op. cit. P. 45.
16 См.: Яницкий ОН. Указ. соч. С. 13.
17 Beck U. Op. cit. P. 49.
18 См.: Яницкий О.Н. Указ. соч. С. 13.

@темы: Сидорина, Бек, цитата, социология, риск

16:13 

Розанваллон

keep
СИДОРИНА Т.Ю. ДВА ВЕКА СОЦИАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ. М.: РГГУ, 2005.

Вернемся к истории социального страхования на Западе. В своей известной работе «Новый социальный вопрос» П. Розанваллон, анализируя успехи и ошибки концепции государства всеобщего благосостояния (которое он квалифицирует как государство социального страхования), отмечает, что источником первоначальной силы концепции социального страхования являлся ее синтетический характер: она позволяла подходить с единых позиций к широкому кругу социальных проблем, сводя их к общей категории риска. Болезнь и безработицу можно было одинаково расценивать как несчастные случаи. Даже старость попадала в эту категорию - с точки зрения потери трудового дохода53.
На рубеже XX и XXI вв. это унифицированное понимание риска перестает быть функциональным и объяснительным в обеспечении социальной стабильности и в решении социальных проблем. Так, упрощенные различия между больными или инвалидами и здоровыми людьми, работающими и безработными, ведущими активную трудовую деятельность и пенсионерами предполагали, что все эти люди сталкивались с рисками одинакового происхождения. Лежащие в основе государства всеобщего благосостояния принципы справедливости и солидарности опирались на идею, согласно которой различные риски распространяются на все население и по своей природе являются следствием случайного стечения обстоятельств.
В наше время все обстоит иначе. Социальные проблемы теперь не ограничиваются исключительно восприятием на уровне риска. Дело идет к тому, что все население может оказаться в какой-то момент за пределами страхового поля. Например, выпадение из экономически активного населения (длительная безработица) часто уже затрагивает интересы многих людей. Проблема «зависимости» затрагивает растущее число престарелых граждан, лиц пожилого возраста, постоянно нуждающихся в по¬мощи, среди которых можно выделить людей, которым требуется ежедневная помощь, еженедельно либо от случая к случаю. И таких людей в европейских странах много. Можно ли все это рассматривать как риск? Скорее всего, нет. Зависимость от физических недостатков или от болезни явно не обусловлена случайными обстоятельствами, за исключением зависимости молодых людей, ставших инвалидами. Если заботиться о находящихся в зависимом положении, то это нужно делать на основе обязательств, включенных в общенациональную систему взаимопомощи. Между тем социальное страхование мало подходит для решения этой проблемы. В наше время ключевая концепция социальной политики строится не столько вокруг понятия «риск», сколько вокруг понятия «неустойчивость».
Понятие риска остается важным. Изменилось его содержание. Теперь все более серьезной проблемой считают риски катастроф, природные явления (наводнения, землетрясения), крупные техногенные аварии, причинение серьезного ущерба окружающей среде. Все это несет опасность не отдельным людям, а значительной части населения. В силу этого социализация рисков, на которой основано страхование, не может быть применена. Это стало особенно очевидно, когда понадобилось адекватное обоснование для выплаты компенсаций жертвам катастроф. В течение длительного времени к данному вопросу подходили исключительно с позиций вспомоществования, когда государство распределяло срочную помощь, но при этом не было выработано ни¬какой правовой нормы, на которую могли бы ссылаться пострадавшие. Другими словами, назначение компенсационных пособий опиралось по-прежнему на благотворительность, а не на право. Лишь принятый в 1982 г. во Франции закон о выплате компенсаций пострадавшим от природных катастроф несколько изменил ситуацию, так как появился своеобразный гибрид из понятий солидарности и страхования. Созданный на базе этого закона механизм исходит из принципа страхования, поскольку опирается на индивидуальные отчисления взносов в фонд страхования. Одновременно в нем продолжает действовать логика солидарности, определяющая модель государства всеобщего благосостояния, т.е. пособия после принятия государством соответствующих мер предоставляются в разных размерах, независимо от видов и степени риска и поступающих взносов. (Например, если принцип страхования вполне обоснованно применяется к жителям территорий, которые подвержены затоплению во время наводнений, то для населения, проживающего на территории, которой наводнение не угрожает, уплата взносов в соответствующий страховой фонд представляется вкладом, осуществляемым на чисто солидаристской основе.)54

53 См.: Розанваллон П. Указ. соч. С. 26.
54 Там же. С. 27-28.

@темы: риск, Сидорина, Розанваллон, социология, цитата

05:16 

Первичное

keep
Социология: с чего начинать (восемь рекомендаций книг).

@темы: социология, книга

05:31 

Фрейм-анализ

keep
Как правило фреймы не осознаются, и попытка их экспликации приводят к дезорганизации восприятия (например, попытки управления собственной речью приводят к тому, что она становится бессвязной, а анализ мотивов и целей поведения может приводить к девиациям в поведении).
читать дальше

Гофман последовательно разрушает миф о повседневности как мире свободно действующей личности и развертывает противоположное, реалистское, понимание ситуации: «Попробуйте определить ситуацию неверно, и она определит вас». ... Гофман сделал повседневность предметом абстрактной теории и предложил систему категорий, описывающих логику повседневного общения. Он изучал структуру социальной жизни, развивал общую теорию межличностной интеракции и социальных обменов независимо от вида этой интеракции. На улице, в баре, казино, лифте, зале заседаний развертываются формальные структуры общения, и нет такой ситуации, в которой бы не действовал жесткий социальный порядок*. Тонкая ткань повседневности, в которую вплетены формы «встреч», приобретает удивительную, почти мистическую прочность. Отклонения от поведенческих образцов лишь заменяют одно определение ситуации другим.
Подавляет ли этот порядок свободную индивидуальность? Гофман скептически относился с самой постановке такого вопроса. Он считал, что только благодаря фабрике социального взаимодействия можно управлять своими представлениями, сохранять автономию и быть самим собой. Драматургия межличностного общения создает предсказуемый и достаточно безопасный общественный мир. Человек почти никогда не задумывается, как он сидит, говорит, ходит и улыбается. Тем не менее, когда требуют обстоятельства, затрачивается много сил и внимания на то, чтобы сидеть, говорить, ходить и улыбаться как надо**. Джонатан Тернер имеет основания считать, что общепринятое обозначение концепции Гофмана как «драматургической» ошибочно, потому что в его работах личность рассматривается не как мотивированная собственными установками и представлениями, а как результат действия внеличностных ситуационных и культурных факторов [1, p. 449 450, 458]. Свобода и необходимость становятся здесь неразличимыми.
читать дальше

* Накануне я читала очередные рекомендации для авторов художественных текстов, содержавшие следующий совет: необходимо рассматривать место, в котором взаимодействуют герои, потому что уже оно может задать направление разговора, сделать его менее банальным, значительно обогатить антураж. Дело, разумеется, не в эстетической составляющей, а в том, что место создает повод и, что еще важнее, новое место создает повод для автора мыслить в новом направлении. Если реальность повседневности действительно так жестко структурирована, неудивительно, что изменение места и содержания/действия идут попарно и одно влечет за собой другое.

** Что также многое объясняет.


Если роль Гофмана-социолога уже ни у кого не вызывает сомнения, то вопрос о связи его теории с социологической традицией по-прежнему остается открытым. Свидетельством тому непрекращающиеся попытки «вписать» концепцию Гофмана в рамки существующих подходов.
Наиболее полным каталогом таких попыток, вероятно, является посвященный Гофману четырехтомник из серии «Sage Masters of Modern Social Thought» [12], а в отечественной социологической литературе данную проблему иллюстрируют диаметрально противоположные интерпретации гофмановской теории, предложенные А.Д. Ковалевым [44], [45] и Г.С. Батыгиным [38].
Среди многочисленных интерпретаций драматургической теории можно выделить два принципиально различных прочтения: интеракционистское и структуралистское. В первом случае Гофман определяется как «символический интеракционист», ученик Г.Блумера, наследник Дж. Г. Мида и У. Джемса, при этом считается, что основной предмет его исследований – социальное взаимодействие. Во втором случае говорится о структуралистских интенциях Гофмана, подчеркивается влияние на него социологизма Э. Дюркгейма и социально-антропологической проблематики, постулируется, что главный предмет его исследований – организация повседневной жизни и ее структуры.
читать дальше

@темы: фрейм-анализ, терминология, социология, самокопание, психология, повседневность, литература, Гофман (Ирвинг)

06:30 

Социология компьютерных игр

keep
По [Альфреду] Шюцу, театр, безумие, религиозное откровение, даже социологическая теория — это самостоятельные авто­номные миры, которые располагаются на шкале, один полюс которой — мир повседневности, а второй — мир сновидения. У каждого из этих миров есть свои правила, но при этом в них могут отображаться взаимодействия, происходящие в других мирах или в повседневности. Яркий пример — упомянутые игры с дополненной реальностью. Или ситуация, когда власти США расследуют деятельность казино в игре Second Life, относясь к нему как к реальному (если можно проиграть в вымышленном, виртуальном мире реальные, невымышленные деньги, этот мир автоматически становится реальным для федеральных властей). И именно эти механизмы переноса будет изучать социолог. ∆


Исследования миров начались задолго до компьютерных игр, в XIX веке, и толчком к ним были юридические прецеденты, самый известный из которых — так называемое дело Макнотена. Это дело об убийстве секретаря британского премьер-министра шотландцем Даниэлем Макнотеном, который был одержим манией преследования и считал, что премьер-министр инициировал охоту на него лично. ... Судьи пришли к выводу, что оценивать действия человека стоит так, как если бы все его заблуждения, вызванные болезнью, были реальными фактами ... . ∆


Ирвинг Гофман предлагал задачку про взаимопроникновение метафорического и неметафорического миров. Представьте театр эпохи Тита Ливия. По сюжету пьесы надо казнить преступника. Для придания действию реалистичности герою надевали на голову мешок, оттаскивали за кулисы, затем притаскивали похожего на него телосложением настоящего преступника, приговоренного к казни, и отрубали ему голову. Вопрос: что это — казнь или спектакль? ∆


— Как исследователь отличает, когда миры автономны, а когда взаимопроникают?
— Это всегда теоретический выбор, потому что правильный ответ нельзя взять из материала. Например, вы говорите, что миры взаимонепроницаемы. Вы будете смотреть на них как на два разных языка, устанавливать соответ­ствия слов, но не утверждать, что это одно и то же слово — потому что вы выбрали такую логику мышления. И наоборот, вы можете сказать, что все давно перемешалось, происходит постоянная интервенция одного мира в дру­гой. Вы приведете пример вмешательства игрового мира в повседневный — скажем, соревнование чекинов: кто из нас станет мэром этого кафе. Стоя на такой позиции, вы будете заточены на поиск сюжетов, демонстрирующих, что то, что кажется буквальным взаимодействием, в действительности является транспонированным, измененным. ∆


Классический пример — вызов знаменитого французского философа Поля Рикёра в Палату правосудия Республики, которая одна может судить государственных деятелей. Это 1999 год, на скамье подсудимых — бывшие министры, создавшие в 1980-х банк донорской крови. Из-за неотлаженной процедуры донорства в этот банк попала кровь, зараженная ВИЧ. Ее перелили сотням людей; суд проходил много лет спустя, многие из них умерли, и точно неясно из-за чего, — но несколько случаев заражения удалось доказать твердо. Это обсуждается как национальное преступление, начинается суд, и в него зовут философа. Поль Рикёр создает целую философию, которая выражена в словах «ответственен, но не виновен». Созданная им логика аргументации позволяет признать министра ответственным, но не позволяет признать его виновным. И двоих из троих подсудимых оправдывают, а признанного виновным не наказывают. ∆
читать дальше

@темы: фрейм-анализ, социология, повседневность, миры, компьютерные игры, донорство, Шюц (Альфред), Гофман (Ирвинг), Вахштайн (Виктор)

Цитатник

главная